Дрожжи войны (Часть 2)

То есть, ответ на вопрос будет или не будет война и если будет, то примерно когда это может произойти, куется задолго до первого выстрела, и когда сторона видит, что ее боевые планы полностью обеспечены ресурсами, дело остается за поводом или вообще, можно начать войну без повода. Если она пройдет быстро, то победителей не судят, а если затянется, то можно будет придумать какое-то оправдание, как это сейчас делает прутин. Если не слушать его бубнение про «дамбили народ бамбаса», то у него остается козырная карта, подаренная ему лично Рюриком и на ней написано «государственный переворот».

Но тут старичок, что называется, выстрелил себе в чемодан. Ведь когда речь идет о Майдане, то Януковичу никто не исполнил что-то такое, что сделали Бенито Муссолини, хотя и было за что. Он сам смылся, собственным пешком. Плюс к тому, сразу за его бегством были назначены выборы, в результате которых президентом стал человек, который практически не принимал участие в событиях Майдана. И потом, товарищ Ленин и его ближайшие соратники октябрьские события 1917 прямо называли переворотом и только много позже это окрестили революцией. 

Именно в результате того переворота и был создан совок, на который сам прутин молится. Так в чем тогда дело? Если ты не приемлешь переворота – вышвыривай Илича из мавзолея и предавай анафеме совок или заткни свой фонтан с переворотом. То есть, либо трусы надень, либо сними крестик. Но и это еще не все. Ресурсы – условие, определяющее время, когда может быть открыто окно возможностей, но изначально – само желание вести войну, а оно либо есть, либо его нет. И у большинства стран его таки нет. А раз нет желания, то нет и конкретного планирования и под него не подтягиваются ресурсы.

МОТИВАЦИЯ

Таким образом, война начинается не в патроннике оружия, исполнившего первый выстрел, а в головах. Если она там есть, то существует большая вероятность того, что будет и на поле. А в Японии до сих пор самым почитаемым синтоистским храмом является Ясукуни. Именно в нем, по местной традиции, находятся души всех 2,5 миллионов погибших воинов Японии, а также сам воинственный дух нации, который имеет отражение в храмовом музее Ёсюкан, в котором находятся артефакты, связанные с военной доблестью. Все это сохранялось десятилетиями и ждало своего времени, напоминая сильно сжатую, боевую  пружину. Но для того, чтобы она оставалась в таком же сжатом состоянии, на нее должно прилагаться соответствующее усилие. И в США прекрасно понимали, что это самое усилие обеспечивают именно они, но теперь Додик решил, что это – лишнее.

А что касается Германии, то там уже явно переели пресного блюда пацифизма и когда мигранты определенного религиозного течения стали наказывать местных жителей за пацифизм, началось брожение духов прошлого, когда никто не мог бы себе позволить ничего подобного. Прутин поставил на ультраправых, но Трумп снял ногу с тормозов для центристов, а это – куда как более серьезно, и похоже на то, что Германия, прямо сейчас, переосмысливает свой глобальный статус и пути его восстановления. Тем более, что канцлер Германии явно понимает, что для этого нужно делать, уже не оглядываясь на мнение Вашингтона. И в отличие от многих, немцам есть что вспомнить и от чего оттолкнуться для восстановления своего статуса, а вернее – своего естественного состояния.

(Окончание следует)