Два кольори

№1

Сейчас в Сети появляются все новые данные в эпопее имени товарища Эпштейна и практически всегда акцент делается немного в стороне от главного вопроса, а он важен и для нас, в самой своей основе. Обилие разного рода фактов, домыслов и движений, в ходе этой эпопее, формирует нечто «белого шума», за которым теряются контуры главной проблемы. И на наш взгляд, читая текущие сообщения, на эту тему, складывается впечатление, что контуров этих уже не видно вовсе. Для того, чтобы вернутся в точку, откуда их можно заметить, коротко опишем ситуацию, которая сложилась в США прямо сейчас для того, чтобы выйти на тот самый главный момент, который остается в тени. 

Начинать надо несколько не с той точки, с которой обычно начинаются повести, на эту тему, а совсем с другой. Если посмотреть на атрибуты американской государственности, то там артикулируется то, что население Штатов верит в бога. А раз так, то все остальное выстраивается вокруг тех ценностей, которые проповедует христианская церковь. В итоге получается, что сексуальная эксплуатация детей и несовершеннолетних это не только – уголовно наказуемое деяние, но и то, что прямо и жестко противоречит моральным основам государства. 

Кстати, одним из незыблемых принципов американского общество была строгая обязанность платить налоги. Там даже имеется масса присказок на эту тему в стиле – ты можешь преступить закон где угодно и тебе это сойдет с рук, но не уклонение от уплаты налогов. Всем понятно, к чему это, но вернемся к теме. Сейчас Штаты демонстрируют настолько пуританские подходы ко всему, что касается взаимодействию полов, что могут предъявить претензии за публикации карикатур, в которых может быть что-то обнаженное. Уже не знаю, как там проходят картины Леонардо или Тициана, но лично я уже не раз сталкивался к таким вот требованиям. 

Что касается сексуальной эксплуатации людей, помимо их воли, это в Штатах считается чем-то однозначно неприемлемым, а если речь идет о детях, то это просто уже за пределом того, что общество может как-то принять или оправдать. И вот Додик вляпался именно в такую историю. Оказывается, очень долгое время он был потребителем услуг именно такого свойства и засветился во многих местах, где это происходило, а также имел дружеские отношения с теми, кто возглавлял этот бизнес.

Он попал под подозрение следственных органов и в общем, одно только это должно было привести к взрыву в обществе, если он не лицемерило по поводу того, насколько чудовищными являются такие деяния. Как оказывается, даже очень обоснованные подозрения в этом, не помешали считать Додика порядочным пациентом и тем более тем, кого можно избрать на первый прост страны. Уже одно только это указывает на раздвоение принципов у значительной части населения США. Вы либо всерьез боретесь с обнаженкой в социальных сетях, либо выдаете пациенту, которого уличают в этом, многомиллионные взносы на его избирательную кампанию. Если вы делаете одновременно и то, и другое, то выглядит это как минимум странно, а по сути – взаимоисключающе. 

И тут начинается самое интересное. Те, кто топит за Тромба уверены в том, что его подставляют и что на самом деле он всегда махал клюшкой для гольфа, а не другими фрагментами своего организма. Уверенность же эта возникает исключительно с его слов, которые можно свести к известной фразе: «Не виноватая я! Он сам пришел!» В моей практике было дело, когда великовозрастный лоботряс, в суде рассказывал о том, что школьница намеренно совратила его и помимо его воли, заставила совершать его известные движения. При этом он даже слезу пускал

Дальше – все просто. Поклонники Додика просто обязаны заставить его пойти в суд и доказать свою невиновность. Ведь пока ты не претендуешь на выборную должность, ты можешь поступать как угодно, в такой ситуации, но когда речь заходит о том, что твой кандидат, в случае победы, получит практически полный иммунитет, это – совсем другое дело. Надо очистится от этих «хвостов» в суде и в публичном процессе. Если ты махал только клюшкой, а шары загонял только в лунки, тебе нечего бояться и наоборот.

И вот все то, что сейчас выходит на публику и связано с файлами Эпштейна, как раз укладывается в режим «наоборот». Додик ведет себя как опытный урка, который использует все возможности для того, чтобы развалить следствие, а уже собранные материалы – не допустить в суд или уничтожить. Это поведение прямо противоположно тому, когда фигурант желает установить истину в суде и снять с себя любые подозрения. Наоборот, он демонстрирует стратегию уклонения от ответственности. Комплекс его действий, на этом направлении, самодостаточны для того, чтобы стало понятно – преступник заметает следы. Ну а имея полномочия первого лица, он полностью использует их с этой целью.

Проще говоря он не хочет, чтобы уже собранные данные ушли в суд или стали открыто доступными для публики. Такое поведение обычно среде криминала и совершенно недопустимо на уровне большой политики. Но главное тут не только это, а то, что значительная часть общества принимает это как нормальное поведение первого лица. А еще хуже то, что во время каденции Байдена дело не было доведено до суда потому, что в файлах были имена и демократов, в том числе и Клинтона, а потому решили не доводить дело до судебного скандала. И теперь весь мир усиленно расхлебывает эту нерешительность.

№2

К сожалению, именно это проигрывается и у нас, но в более позорной форме. Там Додик с ужасом себе представляет, что будет, если дело зайдет в суд, а у нас – никакого ужаса. Желающие могут самостоятельно посмотреть на то, как изменялась мера пресечения в виде залога у бабы Юли, чтобы увидеть алгоритм работы наших судов, когда дело касается вот таких фруктов. Мы же помним, что до сих пор идет суд над Кал-о-Мойским, Ермаком и другими товарищами и что? И – ничего. Все настолько предсказуемо, что просто говорит не о чем.

Или вот последние новости по поводу беглого генпрокурора. Меня еще тогда удивляло, как он смог проехать пограничный пункт, после такого громкого замеса. Единственное, что приходило на ум – НАБУ и САП опять сработали через то самое место и не выставили в систему красные флажки по пациенту. Как оказалось – ничего подобного. Флажки были выставлены и пограничники даже забрали загранпаспорт у прокурора. Но потом – прошел звонок из ОПы, ему отдали документы и он поехал дальше.

Это – просто жесткая жесть, поскольку вот эти ограничения может снимать только орган, который их выставил. По процедуре, пациент должен был обжаловать действия пограничников и антикоррупционеров в суде или же должен был сработать какой-то другой механизм так, чтобы ограничения сняли те, кто из выставили. Ничего подобного! ОПа пошла по беспределу. Но и это не самое печальное. После того, как все это вылилось в прессу, не было назначено расследование на предмет того, кто именно из ОПы сделал этот звонок и на каких основаниях. А сейчас – полная тишина как по прокурору, так и по массе других зеленых товарищей, которые либо проворовались, либо исполнили что-то вроде шпионажа и по сути, это сошло им с рук. То есть, ни точно также эксплуатируют свое положение для того, чтобы дело не дошло до рассмотрения дела по сути и публичного выворачивания их грязных дел. 

А общий знаменатель, под этими двумя историями будет прост: кто-то же за это голосовал!