Традиционная ДНК

ИСТОРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Такие отступления обычно бывают в формате краткого предисловия к основной теме, но здесь может получиться наоборот и потому – ничем не удивляйтесь. Дело было уже очень давно, более четырех десятков лет назад. После окончания школы и недолгой работы на производстве, я попал в совковую армию. И так случилось, что моя «команда» с хитрым шифром, призывалась одной из первых и соответственно, в свою часть, из своего призыва, я и еще несколько человек, попали самыми первыми. И нас там окрестили «сибиряками», поскольку призывались из Сибири. Но по факту, почти все «сибиряки» жили там по несколько лет, а родом были из Украины.

В общем, как только в часть стали заходить новобранцы, дембеля начали разъезжаться по домам. Но процесс прибытия нового пополнения растянулся почти на месяц. За это время проходил небольшой карантин, что-то там оформляли с документами и только через дней 10 начались наряды по роте и по столовой. В Караул допускались только те, кто принял присягу и получил доступ к оружию. И вот мне довелось лично наблюдать все партии пополнения, которые поступали за это время. Обычно какое-то количество новобранцев привозили поздно вечером, сразу после «отбоя». 

Это потому, что сначала была мандатная комиссия в дивизии, где только что прибывшую партию раскидывали по полкам и батальонам и поскольку там все заканчивалось вечером, то уже распределенных новобранцев развозили по местам дальнейшей службы. Моя дивизия стояла километрах в 40 от моего же батальона и потому, в часть привозили уже поздно вечером. Все эти детали описываю лишь для того, чтобы описать один важный эпизод.

Казармы в батальоне были постройки 19-го века,  с толстыми стенами и высокими потолками, а расположения всех рот находились на втором этаже казарм. То есть все новобранцы выгружались у входа, а потом – поднимались на второй этаж. А там у нас был «пятачок дневального» и «спортгородок». После отбоя там тусили те, кто отслужил год и более. Они могли делать что хотят и когда хотят. И вот сразу после вечерней поверки, этот контингент занимался гирями и другим железом в ожидании ночных программ польского телевидения, которые начинались позже. 

Там показывали западные фильмы, в том числе и порнуху, просмотр которой, для такого контингента, был практически ритуалом. Господа смотрели эти философские истории и одновременно – употребляли спиртные напитки. И вот в промежутке между отбоем и просмотром польского телевидения, как раз и приходили партии новобранцев. Те сразу видели, куда попали, поскольку старики были все накачанные, а многие – перекачанные. Так у нас было положено. 

Первый вопрос к «партии» был стандартным: «Откуда?» Те робко отвечали и их отводили в спальное помещение и размещали по спальным местам на двухъярусных кроватях. Этим занимались те, кто отслужил больше полгода, но меньше года. И в общем это была  – рутина, которая была нарушена как минимум однажды. Мы еще не спали но услышали, что на лестнице стоит какой-то ор и явно – удары, с последующим падением множества тел. 

Сразу не было понятно, что там произошло, но поскольку это было что-то необычное, на следующий день все стали выяснять что это было и выяснилось, что это была партия москвичей, а из всегда встречали именно так, как мы слышали. Спустя время, и по мере службы, я сам наблюдал процедуру «приема» московской команды. Им сразу сбивали «пыль с ушей», чтобы те оставили сои столичные замашки, ну и как потом выяснилось – авансом.

Чуть позже, разбираясь в очень странных традициях не только нашей части, но и тех войск, в которых довелось служить, мне удалось выяснить, что москвичей всегда и без исключений, зачисляли в стукачи. Вопрос о том, будут ли они стучать – не стоял вообще. Все дело было в том, когда и по какому поводу они начнут это делать. Ровно через полгода я лично столкнулся с московским стукачеством и только по стечению обстоятельств не уехал в дисбат именно из-за стукача. Пришлось достаточно долго посидеть на гарнизонной гауптвахты, от которой остались самые теплые воспоминания. 

Там вывозили в город на работу, которая была на одном из нескольких предприятий ВПК и там впервые пришлось столкнуться с местным населением – литовцами, а вернее – женщинами литовками, которые работали в столовой и где мы обедали. Так вот все, что нам рассказывал замполит о местном населении, было тут же слито в унитаз, но это – другая история. А второй раз, уже не я лично, но мои одногодки по призыву, столкнулись с московским стукачеством уже под самый дембель. 

Москвич написал слезное письмо маме, а она то ли сама работала в министерстве обороны, то ли кто-то из родных там работал, но письмо попало в нужные руки, дембель остановили практически всем, кроме нескольких человек, включая и меня, поскольку полтора года я практически отсутствовал в части и находился в городе, а потому – не участвовал в событиях, которые стали предметом расследования. Так что вместо последней отправки, которая меня ждала за прошлые «подвиги», мне удалось уйти во второй или третьей волне дембеля. В первой ушел водитель комбата, а во второй – кодировщик, который сделал что-то секретное для НШ дивизии. И хоть он был такой же «залетчик» как и я, тот спротежировал его раннюю отправку.

Но уходя из армии, в голове у меня навсегда осталась формула что москвичи-стукачи. Уже позже, общаясь с одногруппниками в институте и сотрудниками, на работе, я наслушался множество историй такого точно характера от самых разных людей, служивших в разное время и в разных местах. Как оказалось, все имели ровно такое же представление об этой публике.

СОБСТВЕННО -ТЕМА

Казалось бы, с тех времен прошло много времени, мир изменился и вместе с ним – изменились люди и нравы. Если бы лапти не напали на Украину, мне бы вообще было все равно, есть они или нет и уж тем более, насколько они изменились или не изменились. Но все случилось, как случилось и потому, глядя на курятник, можно было бы вспомнить слова Воланда: «Обыкновенные люди… В общем, напоминают прежних…» Причем, напоминают во всем, и в стукачестве – в первую очередь.

Недавно мы подробно описывали войну компроматов, которую устроили Лавров и Дмитриев. Причем, что они там нарыли друг на друга – неизвестно, но зато они сочли нужным пояснить публике, что они уже заложили друг друга царю. То есть, они поднимают свой имидж в глазах публики, которая должна оценить и одобрить их публичное стукачество. Но каждый из них действует в каких-то своих интересах, а стучит для того, чтобы получить позиционную выгоду. Но вот «подруга» прутина Мизулина, стучит по вдохновенью. Она больше ничего не делает, кроме как строчит доносы в разные инстанции и гордится тем, что она делает. 

Это чистое стукачество оценил и сам прутин, долгое время используя ее как альтернативу Кабаевой. Ведь он же и сам сделал свою карьеру будучи стукачом – агентом КГБ, так что тут сыграла родственность душ, если там вообще можно рассуждать о душах. А сегодня, в том самом видео, где он с иконами выступал перед ряжеными ФСОшниками, он еще кому-то рассказал о том, что они сейчас воюют, как деды воевали потому, что это у них в генах. И то сказать, около 1,2 миллиона именно русских делов, воевали за своего фюрера, Адольфа Алоизыча, но об этом не принято вспоминать даже несмотря на то, что среди них был родной дядя Никиты Михалкова, например. 

Но на самом деле, если уж прутин заговорил о генах, то первым номером в них идет стукачество, а уже потом – живодерка и мародерка. Ведь стукачество может процветать и в мирное время, а для всего остального нужна война. И вот, если все это собрать в одну кучу, а потом взобраться на нее и посмотреть на одну из сегодняшних статей их прессы, то возникнет нечто вроде недоумения. Речь идет об этом:

«Фонд «Женщины за жизнь» запустил чат-бот, который позволяет беременным женщинам сообщать о тех, кто советовал им прервать беременность — будь то родственники, партнеры или врачи… При запуске бот просит представиться, указать регион проживания, описать ситуацию и рассказать, когда беременной или ее знакомым «настоятельно предлагали прервать беременность». Затем бот уточняет, сохранилась ли беременность, и предлагает оставить номер телефона или адрес электронной почты. Сейчас законы, предусматривающие штрафы за «склонение к аборту», действуют в 25 российских регионах».

То есть там уже публично призывают писать доносы на любые темы, даже на такие, которые в общем, не касаются войны или чего-то связанного с ней. И удивляет здесь не то, что была выбрана вот такая тема для доносов, а сам призыв к ним. Это все равно, что призывать рыбу плавать или свинью – валяться в грязи. Вот это у них точно – в генах и призывать к стукачеству нет никакого смысла. Они это делают просто для связки слов или для того чтобы заполнить пустоту. Ведь не каждому хватит духа поступить по Толстоевскому, а именно. Взять топор и отправиться на лодке за Му-мой, а настрочить донос – запросто.

Как-то наткнулся на небольшую заметку историка, которые на рубеже развала совка, получил доступ к архивам КГБ. Он там искал что-то конкретное, но нечаянно сделал выводы, не касавшиеся сути исследования. Тогда он написал о том, что сталинские репрессии нельзя взваливать ни на Сталина лично, ни на на всех этих Ягод, Ежовых и Берий, как нельзя их вешать и на палачей, которые пытали и убивали сотнями и тысячами. Он выдал жесткий вывод историка о том, что вот эти приказы на расстрелы, смертные приговоры или просто резолюции на документах подобного характера, на самом деле являются каплей в море. А море это состоит из невообразимого количества доносов. Доносы стали топливом и каркасом той карательной машины, которая теперь ассоциируется со Сталиным.

Тоже самое и сейчас. Прутин просто дал возможность подняться на поверхность тому, что долгое время считалось неприличным или педосудительным. Если прямо сейчас освобождается убийца, расчленивший свою знакомую и ее малолетнего сына просто потому, что он подписал контракт на войну в Украине, то стукачество становится просто гарниром, к основному блюду. Ведь на самом деле, это явление и то, что мы знаем как «А нас-то за что?», выросло из одной и той же ДНК, имеющей форму скрепы. И тут путин прав, сменятся поколения, но суть курятника и его населения – не изменится никогда и ни при каких обстоятельствах. Просто в какое-то время такое принято скрывать, а сейчас весь внутренний мрак объявлен светом и традиционными ценностями, а потому и скрывать этого не нужно.

В этой истории удивительно только одно. Как этого кто-то еще не рассмотрел. На мой, субъективный взгляд, не увидеть такое можно только намеренно или же еще хуже. У «слепца» имеется ровно такая же самая ДНК.