У противника наблюдается обратная картина. Готовясь к вторжению, он безусловно рассчитал силы и средства, их расстановку и варианты прикрытия наиболее важных локаций без особого фанатизма и в общем, исходя из того, что он знал о ВСУ, а с зелеными деятелями знали они если не все, то многое, и наверное, они имели все основания полагать, что готовность у них полная, да еще и с кратным перекрытием. Напомним, на тот момент, самым дальнобойным, наземным средством поражения был комплекс «Точка-У», который мог закинуть ракету, условно, на 100 км.
Но с учетом того, что противник точно знал, сколько этих ракет имеется у ВСУ, то особых проблем с Точками они не видели, поскольку предполагали быстро их уничтожить, но даже если этого и не удалось бы, то запас ракет был мизерным и они должны были быстро кончиться. И самое главное: вся тыловая зона 100+ километров, не требовала усиления зенитного прикрытия сверх расписания мирного времени. А это расписание исходило из того, что обычными средствами достать тот же объект «Звезда», по которому ввалили ВСУ этой ночью, просто нечем. Случись же ядерный конфликт, не с Украиной, а с обладателями ЯО, практически никакие зенитные средства не помогут. А раз так, то нет никакого смысла разворачивать зенитные средства в таких районах.
Отсюда следует, что в тылу, хоть как-то и скорее всего – чисто символически, были прикрыты особо важные объекты, а вот все эти нефтебазы, НПЗ, арсеналы, радары загоризонтного слежения, военные заводы и прочее, просто не прикрывались. Оно и понятно, ведь сама концепция такого прикрытия, основана на отражении угрозы, а какая угроза была в феврале 2022-го года, тому же 51-му арсеналу ГРАУ? Никакой! А раз нет угрозы, то и отражать ее нет смысла. Уверен, именно эта концепция была положена в основу боевого планирования.
Более того, как теперь выясняется, противник заточил свою ПВО на отражение воздушных атак, осуществляемых авиацией противника. И вот на обнаружение именно самолетов, были заточены как радары, так и системы наведения зенитных ракет. А как отметил сам противник, он «уничтожил» украинские ВВС и добился господства в воздухе, что физически должно было исключить возможность применения самолетов противник (ВСУ) по тыловым объектам, а если бы остатки авиации попытались что-то такое сделать, то наличных средств ПВО было более чем достаточно, для отражения именно этой угрозы. И как мы знаем, вплоть до последнего времени, наши военные действительно не рисковали использовать именно самолеты, для нанесения ударов за линией фронта.
Таким образом, противник считал себя в безопасности, поскольку не видел самой угрозы нанесения ударов с воздуха на расстоянии 100+км. Даже появившиеся у ВСУ системы Хаймарс, долгое время имели на вооруженные ракеты, дальность которых не превышала 85 км и потому, пересматривать общую концепцию системы ПВО у противника не было нужды. Он имел развитую и насыщенную систему ПВО, которая плотно прикрывала как линию фронта, так и границу с Украиной.
Считалось, что изменить этот баланс, бес поставок в Украину крупных партий самолетов, просто невозможно. Но даже в этом случае, противник не без оснований, считал себя защищенным, поскольку в таком случае, для борьбы с самолетами, он мог использовать как наземные средства ПВО, так и собственную, в разы превышающую нашу – авиацию. Отсюда следует, что у противника не было оснований для лихорадочного выпуска новых зенитных систем и добавлять их и так в перенасыщенный купол.
(Окончание следует)