Мы подозреваем, что на заводе имеется более чем одна установка первичной переработки нефти и потому, если вторая уцелела, он сможет частично восстановить работу. И это же значит, что второй крупный очаг возгорания был не на второй установке, а в каком-то другом сегменте технологической цепочки. Напомним, ГШ прямо указал на то, что была поражена одна установка первичной переработки. Но пока завод стоит.
В то же время, есть информация о том, что в Астрахане публика пребывает в тихом ужасе, поскольку с атакованного ГПЗ идет мощная утечка газа и население жалуется на то, что в городе нечем дышать. Нам трудно понять, как они себе представляли войну, но это она и есть. Наверное, жителям Астрахани можно посоветовать посмотреть телевизор и успокоиться, поскольку там им подробно расскажут о том, что война идет по плану. Ну а пока пресса пишет такое:
«Утром 5 февраля жители Астрахани начали массово жаловаться на запах газа, который ощущается во всех районах города. Губернатор Астраханской области Игорь Бабушкин подтвердил наличие проблемы. «С утра город накрыло облако природного газа, которому присущ специфический запах», — написал Бабушкин в телеграм-канале. По его словам, причина этого — запуск в работу установок на Астраханском газоперерабатывающем заводе (ГПЗ) после атаки украинских беспилотников.
«Сейчас идет процесс пуско-наладки, в том числе запуск факельного горения. <…> Во время этого процесса происходит выпуск газа, который после поджигается, как и на бытовой газовой плите. По данным метеослужбы, облако газа смещается в степь», — пояснил Бабушкин. Он добавил, что природный газ не опасен для здоровья на открытом пространстве, а ситуация с его распространением в городе может повториться в ближайшие дни…»
Опять же, сложно сказать, что имел ввиду гауляйтер, поскольку дело не в запахе газа, а в самом газе. Ведь природный газ не имеет запаха и в него специально добавляют вещества, которые придают ему специфический аромат. Делается это для того, чтобы потребитель, в первую очередь – бытовой, мог услышать утечку газа и предпринять меры для того, чтобы ситуация не дошла до взрыва. Собственно говоря, губернатор как раз и выдвинул тезис о том, что на открытом воздухе газ безопасен.
Но это верно лишь отчасти, поскольку в таком случае мала вероятность взрыва газа, но публика-то жалуется не на возможный взрыв, а на то, что им нечем дышать. И тут бодрость губернатора внушает оптимизм. Если жители Астрахани вполне могут дышать метаном и это им не должно мешать жить обычной жизнью, то на Юпитере они могут себя чувствовать вполне комфортно и не расстраиваться тем, что его атмосфера как раз и состоит из этого газа.
Правда, в докладе гауляйтера есть еще один интересный пассаж. Он списывает все эти неудобства на необходимость проведения пуско-наладочных работ и это – его дело, что он там рассказывает. Только вот специалисты пишут о том, что завод выведен из строя на несколько месяцев и более или менее реалистичный срок восстановления его работы – середина лета. Но как известно, губернаторы – говорят, а не мешки ворочают.
У природного газу немає запаху, до нього добавляють сірку, у цілях безпеки, перед подачею споживачам, тому щось тут не те. До речі якщо є низини то може непогано бахнути, як колись потяг у кацапській педерації.
Додають не сірку, яка є твердою в нормальних умовах, а сірко-органічну сполуку меркаптан; метан є легшим за повітря и не скопичується в низинах, тому, на жаль, повторення випадку з потягами (їх там було два) малоймовірне – там був газовий конденсат.
Из интернета – деятельность “Переработка природного газа и газового конденсата”
Ну а газовый конденсат очень вонючая вещь.
Губернатор вполне мог заявить, что астраханцы пережрали гороха и теперь из-за их пердежа воздух испортился, и чтобы такое больше не происходило надо было им посоветовать сесть на диету
Додається одорант.
Признаки одоранту:
1. специфічний запах
2. неотруйний для людини
3. корозійно нейтральний до арматури, ущільнень
4. після спалювання запах повинен втрачатись
5. при проходженні через грунт і воду запах не повинен втрачатись
6. відносно дешевий.
Цим вимогам відповідає етилмеркаптол – С2H5SH
Вводиться 16 грам на 1000 метрів кубічних.
(Це з конспекту, колись на курсах по газу був).
Начебто ця “ванілка” називається метанметапроктан. Ну, астраханці, звикайте. Цей аромат дуже нагадує “запах” вашої вигребухи – скрєпно, аж очі виїдає…
Можливо що так. Із шкільного курсу хімії нам пояснювали, що додається одорант і саме сірка. Просто пройшло 50 років і можливо все змінилося.
Возможно просто очистили ёмкости с меркаптаном, завод-то работать не будет, значит и добавлять его некуда. Ну а то, что воняет астраханцам – так кого это волнует, пусть радуются, что не хлор сливали…
Меркаптан добавляется на ГРС.
После месторождений и очистки (отделения газового конденсата, воды и осушки) газ подается в магистральные газопроводы. Там газ без запаха. Хотя опытные газовщики все равно улавливают какой то запах при утечках.
А на ответвлениях потребителям на ГРС понижают давление газа и добавляют меркаптан.
PS: В свое занимался автоматизацией этого хозяйства по добыче и транспортировке газа.
Как юный химик, возьмусь предположить, что раз там добывают серу из газа, то сера там может быть только в виде сероводорода. Ну может ещё какие экзотические примеси, тут уж не специалист. Логично предположить, что отделенный сероводород перед восстановлением где-то накапливается и хранится. Судя по сообщениям, именно им и воняет. Так вот, губер совершенно прав, метан не ядовит сам по себе, поэтому всё хорошо прекрасная маркиза. А вот о ядовитом сероводороде он тактично умолчал) такшо пожелаем астраханцам здоровья и хорошего настроения. 🙂
Сероводород в малых концентрациях имеет запах тухлых яиц, что никак не похоже на запах бытового газа с одорантом, в больших концентрациях запах не ощущается, т.к. большая концентрация вызывает паралич обонятельного нерва.
Когда вы удивляетесь логике запрета бить по НПЗ, я удивляюсь вашему удивлению. Она вполне вписывается в доктрину “Вашингтонского эскалатора” не делать роzzиюшке слишком больно, а объяснение можно приклеить уровня “свет Венеры преломился в пузыре газа метана. И что ты нам возразишь,товарищ с протянутой рукой?”