На выходных израильская пресса сообщила о том, что иранская ПВО сбила очередной БЛА ВВС США MQ-1 Predator. А как мы помним, старичок с чубчиком бодро рассказывал о том, что ПВО бородатых уже полностью уничтожена и что в связи с этим он – молодец. Но как мы видим это – ложь, как практически и все, что рассказывает старичок. На самом деле, отталкиваясь от этого эпизода, можно посмотреть на всю эту ситуацию и на странного деда, в ее центре, с необычной точки зрения. И начнем с потерь американских ВВС, начиная с февраля месяца, когда Тромб объявил, что за две недели Иран капитулирует
По открытым данным, без учета последнего дрона, Штаты уже потеряли как минимум 25 тяжелых БПЛА, из них 24 MQ‑9 Reaper + 1 MQ‑4C Triton. При этом, стоимость одного MQ‑9 Reaper составляет около 30 млн долларов, а дальний разведчик MQ‑4C Triton стоит примерно 250 млн.Сбитый на выходных MQ-1 Predator, в базовой конфигурации, стоит дешевле – 4 млн долларов, но с более мощным обвесом, один экземпляр может потянуть на 10 миллионов. Не думаю, что именно в тех условиях, американцы применяли облегченную машину и если суммировать только стоимость потерянных аппаратов, то она составляет примерно 980 миллионов долларов, почти миллиард. И ведь это лишь прямые потери и только одних беспилотников.
Отсюда следует, что в рамках современной войны, Штаты не смогли даже добиться полного господства не то, что в воздухе Ирана, но даже в прилегающем пространстве. То есть, прочно не удалось достичь даже первичных целей. А как следует из сообщений самых разных источников, шаткое прекращение огня, Иран активно использует для восстановления своего военного потенциала, и насколько можно понять, это ему удается. Он все более жестко и болезненно огрызается и плюс к тому, его промышленность уже возобновила выпуск ракет и дронов. В этом ему помогли москва и Пекин. А раз так, то подрыв потенциала иранского ВПК, тоже не удалось обеспечить в приемлемом объеме.
Кроме того, именно эта ситуация показывает, что на самом деле, в современной войне, добиться всех целей только с помощью воздушных ударов – невозможно. И тут дело не только в ситуации с Ираном. Просто вспомним, чем закончилось громкое, в самом начале, противостояние с хуситами, которое устроили американцы. В результате они отползли оттуда ни с чем, а хуситы остались при своих интересах. Тоже самое и с Израилем. Уже сколько они утюжили с неба Хамас и Хезболу, но добиться уничтожения противника, так и не удалось. Просто в качестве визуализации этого процесса, можно изобразить шкалу, где начало отсчета – 7 октября 2023 года, а ее окончание – уничтожение Хамаса и Хезболы. По крайней мере, Нетаньяху обещал уничтожить Хамас и делал это многократно и публично.
И вот на этой шкале можно разместить Израиль, чтобы увидеть, в какую сторону идет движение и с какой скоростью. Субъективно, Израиль двигался в направлении достижения цели с привычным темпом, но потом замедлился и остановился и возможно, даже откатился назад, пусть и недалеко. А это всегда говорит о том, что либо были поставлены неправильные цели, достичь которые невозможно, либо используется инструмент, который не даст нужного эффекта именно в данной, конкретной ситуации, либо и то, и другое – одновременно. И между прочим, тот же фокус со шкалой, можно применить и к США с программой Додика по Ближнему востоку и результат окажется примерно таким самым, как и у Израиля.
В случае со Штатами в Иране, уже очевидно, что потери дронов стали индикатором того, что в современной войне агрегаты, стоимость которых сопоставима со стоимостью самолета или даже значительно ее превышает – нонсенс. Оно понятно, что на заре дроностроения, перед инженерами и конструкторами ставилась задача создать аппарат, который мог бы делать плюс-минус то, что боевой самолет, только без пилота на борту и даже без кабины пилота. Такая постановка задачи выглядела вполне логично – сократить потери пилотов, а значит – значительно удешевить применение таких боевых систем.
Но выполнив условие – убрать пилота с борта аппарата, исполнитель заказа упустил важный момент. Если вы хотите сократить потери личного состава, то вы применяете формулу: при одинаковой опасности перехвата самолета и дрона, пускай сбитым будет дрон, а не самолет. То есть, изначально предполагается, что дрон можно использовать в очень рискованных ситуациях, где вероятность перехвата велика и более того, раз внутри нет летчика, то аппарат можно использовать и в таких сценариях, в которых боевой самолет использовать просто нельзя из-за резко повышающейся вероятности потери аппарат.
Но раз так, то становится вопрос о стоимости беспилотной системы. Если вы ее планируете использовать там, где есть большая вероятность потери аппарата, то в таком случае надо прилагать все усилия для того, чтобы снизить его стоимость. Ведь если агрегат будет иметь прайс, вполне сопоставимый с боевым самолетом, то при большом уровне потерь, такое его применение будет накладно даже для богатой страны. И тут все упирается в базовые условия самой концепции таких БПЛА. Их изначально строили как многоразовые системы, со всеми вытекающими последствиями.
Даже если отбросить все то, что связано с навигацией обратного полета, аппарату надо иметь на борту, как минимум вдвое больше топлива, чтобы слетать туда и назад, а если его миссия предполагает барражирование в целевом районе, его нужно еще больше. Плюс к тому – такой аппарат будет иметь совсем другие требования ко всем бортовым системам, начиная с двигателя. Согласимся, одно дело, когда двигатель должен отработать 10-20 часов и совсем другое, когда ему нужно работать 1000-2000 тыс часов, да еще и иметь конструкцию, позволяющую его легко ремонтировать и обслуживать. А ведь за эти деньги можно построить от 10 до 1000 одноразовых дронов, которые в рамках одной миссии будут ни чуть не хуже многоразового аппарата.
Раз так, то и потери таких БПЛА будут не такими чувствительными, а их производство будет намного более простым и быстрым, что позволяет поставить их выпуск на огромный поток, причем – где угодно. Плюс к тому, одноразовые аппараты не требуют серьезной ремонтной базы и соответствующего плеча логистики, обеспечивающего обслуживание аппаратов. То есть, речь идет уже о совершенно другом рисунке войны, где БПЛА строится не по по принципу «самолет без пилота», а исходя из того, какой характер задач ему предстоит выполнять.
Проще говоря, речь идет об эффективности работы системы. И здесь, вот эти сбитые 25 беспилотников, на миллиард долларов, как бы намекают на то, что в общем, все это было тупиком развития и противник, исходящий из другой концепции развития таких систем, вполне может противостоять, всей этой мощи, располагая куда меньшими ресурсами вообще, и в каждом отрезке противостояния, в частности. Не удивительно, что Иран так быстро восстановил свои возможности производить дроны и ракеты, после того, что ВВС Израиля и США выгрузили на их промышленные центры.
Исходя из этого, вполне можно допустить, что кадровые военные уже ощутили этот момент, что просто недоступно для политических назначенцев типа Хегсета. Тем более, что над ними висит Додик, своеобразный на весь чуб и фонтанирующий дикими идеями, наподобие дискомбомбулятора или атомных линкоров серии «Тромб». Назначенцы заняты другими вопросами, например – организацией финансирования заказов для компаний, совладельцем которых являются члены семьи Додика. С этим там все в порядке и как это ни удивительно, из политического обихода США, как-то незаметно, исчезло слово «коррупция». Есть обоснованное предположение, что в случае прихода на политический Олимп демократов, уже осенью этого года, к семье лучшего президента возникнет масса вопросов и не исключено, что они будут иметь уголовный характер. Но вернемся к ситуации.
Вполне возможно, что именно кадровые военные там тоже осознали, что инструменты, которые они используют, не соответствуют поставленным целям. Ну а сами цели вызывают столько вопросов, что ответить на них просто некому, поскольку Додик – не из тех, кто станет отвечать на неприятные вопросы. Тем не менее, ситуация продожает раскачиваться из стороны в сторону, то подбрасывая, то опускаю цену нефти, что крайне благотворно влияет на бюджет семьи Тромба. Но вот уже даже в Израиле, начинают замечать, что с величайшим президентом, который хотел заделаться Папой Римским, по совместительству и в добавок – получить Нобелевскую премию мира, все же что-то не так.
Если тупик переговоров по войне в Украине, которые сам же Додик и инициировал, израильтян мало волнует, то вот явное охлаждение товарища Краснова к проекту «Газа» их явно настораживает. Напомним, Тромб в таком же инициативном порядке, анонсировал полное переформатирования сектора Газа. Он потребовал полного разоружения Хамаса под страхом полного уничтожения всей организации и альтернативы – свободный выезд всех боевиков в любую страну мира, где их готовы принять.
После этого он мамой клялся сделать из Газы ближневосточный Лас-Вегас или что-то подобное, но теперь все это забыто полностью. Все это он пообещал еще 29 сентября прошлого года и с тех пор вообще ничего не произошло, в соответствии с его обещаниями, но начала восстановления Газы, ни выезда или уничтожения Хамаса. То есть, старичок опять прибрехал на весь мир, а потом – забросил эту тему точно так, как и его инициативу по прекращению войны в Украине. Но именно этот аспект ему можно полностью простить. Ведь как только он перестает лезть в эту тему, ситуация начинает явно складываться в пользу Украины. По крайней мере, он не пытается давить на нас, ну а на прутина он никогда и не пытался давить. С Газой у него все сложилось примерно таким же образом, тема ему наскучила и он о ней забыл и действительно, не бальный же зал, в конце концов.
Не удивлюсь, если на вопрос о том, что там с Газой, он сделает удивленный вид и ответит вопросом на вопрос: «Ты дурак или где?», как он это любит делать. А если ему напомнят о том, что он обещал, то тут же поклянется, что никогда он такого не говорил и что все это – «фейк ньюз», подстроенный демократами. В итоге получается, что из всех крупных, международных тем, которые он лично инициировал, Додик завалил ровно все. Единственным плюсом, который он может смело записывать в свой актив, может быть только прекращение войны между Албанией и Азербайджаном, хотя не исключено, что и войну между варлонами и мемьарцами он тоже прекратил, но банально забыл об этом. И вот глядя на всю эту красоту, даже израильтяне, молившиеся на гольфиста, сейчас начинают задавать себе вопросы о том, как они не рассмотрели этого величия раньше. Ну а у нас к нему вопросов нет.
Пускай их задают психиатры, но не те, что предлагают ему отличить жирафа от медведя. А мы вернемся к шкале и каждый может самостоятельно расположить точку, в которой находится додик и его шобла спецотлова, хотя бы в этой, иранской эпопее. На наш взгляд, он просто понятия не имеет, как закончить то, что сам же и начал. И тут вспоминается известный энтузиаст и мастер на все руки, Виктор Михайлович Полесов…