В конце минувшей недели, в прессу попала информация о том, что правительство Франции вроде бы добилось согласия от правительстве Греции, передать Украине часть многоцелевых самолетов Мираж-2000 или все, которые имеют греки на вооружении. Якобы взамен Франция поставит ровно такое количество новых Рафалей с очень вкусной скидкой. Неофициально распространяется информация о том, что вроде бы общая договоренность уже есть, но сейчас идут окончательные согласования технических деталей этой операции.
Тут следует отметить, что грекам действительно есть резон согласиться на такую сделку потому, что Рафали показали себя в индийских конкурсах, где показали очень близкие результаты к американским самолетам пятого поколения F-35. В каких-то моментах они немного проигрывали американцам, но в каких-то безусловно опережали. Так что французские машины стоят того, чтобы за их получение пойти на такую многоуровневую сделку.
Кроме того, наверное многие из тех, кто постоянно следит за работой нашей авиации, получили эстетическое удовольствие от видео применения высокоточных, планирующих авиабомб Хаммер, производства Франции. Они просто полностью складывают целые строения, которые враг использует в качестве командных пунктов или или передовых баз, а иногда и устремляют в пространства целые подземные объекты, что говорит о проникающей способности этих боеприпасов. Чисто визуально, применение этих авиабомб сложно с чем-то сравнить. Возможно, это самое мощное оружие, которе имеют наши ВВС в плане силы взрыва, которая разносит цель.
Понятно, что французы активно участвую в программе модернизации нашей авиатехники, которая активно использует крылатые ракеты «Скальп» и по другим направлениям усиления нашей ударной мощи. И что тут важно, с той стороны почти нет никаких пафосных речей, по этому поводу. Если бы военную помощь Украине сейчас оказывали США, то можно не сомневаться в том, что Додик устроил бы из этого такой цирк, что цирковые кони просто кашляли бы. А тут – никакого апломба и все работает просто отлично
В любом случае, сейчас Франция очень активно работает в пользу Украины и наверное тому есть свои причины, кроме тех общих, о которых уже много сказано как самим президентом Макроном, так и руководством ЕС. И тут можно сказать о том, что начав войну с Украиной, прутин совершил очень крупную ошибку стратегического характера. Там, где лапти воевали вместе с Украиной и украинцами, у них был шанс. Там, где без нас – особо хвастаться нечем, ну а когда против нас, они получают то, что сейчас уже не знают как закончить. И ведь здесь – чистая драка их армии против нашей, а просто представим себе, что Украина выступает еще с кем-то в союзе против курятника, что получится?
История дает ответ на этот вопрос прямо и однозначно. Во всем мире хорошо знают, что москву захватывал Наполеон, но если этих знатоков Истории спросить о том, кто еще ее захватывал, наверное в ответ будет молчание. Но мы знаем, что бывало с московй, когда Украинцы создавали антимосковские союзы с поляками или крымскими татарами. Будь у власти курятника не такое невежественное тело как прутин, которого штырит от Рюрика како от сильнодействующих препаратов, он бы хорошо знал, что затеянные им мероприятия закончатся либо плохо, либо очень плохо, поскольку это доказано экспериментальным путем. Но в этот раз роль Украины оказалась такой, от которой душно может стать не только лаптям.
Фокус здесь в том, что прямой взгляд на события может не дать представление о той роли, которую Украина уже начала играть в противостоянии не только с курятником на фронте, но и по всему миру, но и с его союзниками. То, что наши военные уже приняли участие в перехвате дронов на Ближнем Востоке уже хорошо известно. Как минимум правительства двух стран региона запросили и получили от Украины срочную военную помощь, именно в плане перехвата дронов.
И как бы Додик не пытался облить помоями Украину, даже его военные переступили через гольфиста и попросили подстраховать их на авиабазе Принц Султан в Саудовской Аравии. Именно там ВВС США потеряли как минимум один самолет ДРЛО и один воздушный танкер. Там были поврежден ряд други самолетов, но информации о том, удалось ли их восстановить – нет.
Просто представим себе эту ситуацию, не напади прутин на Украину, а теперь это стало реальностью. Но вернемся к тому, что и почему сейчас делает Франция для Украины. Для этого надо сделать небольшой экскурс в историю и вспомнить о том, что перед началом Второй мировой войны, Франция имела обширные колонии в Северной и Центральной Африке. Война и капитуляция Франции, подвесила колониальный статус Франции в воздухе, а дальше – пошла цепь сомнительных решений, которые существенно испортили ее репутацию в Африке.
История показывает, что капитуляция Франции в войне с Германие была позорна вдвойне. Практически вся армия и флот дали себя разоружить и французское оружие, боеприпасы, амуниция и техника, ушли в трофеи Рейха, а промышленность – работала на Германию. За скобками остались военные подразделения и флот в колониях. Большая часть этих активов старались соблюдать нейтралитет, но все же французский флот вступил в военное противостояние с британским флотом и потерпел поражение. А позже, когда союзники, в 1942-м году открыл второй фронт с высадкой десанта в Марокко – остатки французских войск вступили в бой и с ними.
Но для нас важно то, что небольшое воинство Шарля де Голля, практически полностью состояла из подразделений колониальных войск, а в них, большую часть личного состава сформировали местные военнослужащие – алжирцы, марокканцы и представители колоний центральной Африки. Именно они, а не коренные французы и составляли костяк армии де Голля. Но к концу войны все это постарались обесценить и вычеркнуть из истории.
Только вот те, кто воевал – рассчитывали на деколонизацию в знак благодарности за то, что в тяжелый момент, на плечи местных жителей и легла основная часть открытого, вооруженного противостояния оккупанту. Тем более, что сразу после войны, Великобритания начала масштабный демонтаж своей империи, оставляя бывшим колониям свободу выбора дальнейшей судьбы. Да, происходило это не всегда гладко и некоторые ошибочные решения до сих пор чреваты пограничными конфликтами, но это – детали. Добровольный отказ от колоний, дело не очень привычное и потому, вольные или невольные ошибки были неизбежны.
И вот на этом фоне Франция демонстрировала прямо противоположное движение. Она не только пыталась восстановить свой колониальный статус, но и укрепить его силой. Достаточно вспомнить о том, что это привело натуральной бойне в Алжире, последствия которой не улеглись до сих пор. Ну а та самая война во Вьетнаме, которую вели США, на самом деле началась раньше и начальную ее фазу вела Франция, в рамках того самого неоколониализма.
Очевидно, что само движение против течения – ошибочно по своему определению, но чем ожесточеннее Париж сражался за контроль над колониями и чем больше лились крови в этих сражениях, тем тяжелее были поражения и тем хуже было отношение местных жителей к Франции. Это при том, что местные элиты получали образование во Франции и в общем, впитали многое из французской культуры, а целые страны имели французский язык как средство межнационального общения, все равно доверие или хотя бы ровное отношение, было утрачено.
Ну а сама Франция, хоть и тяжело, но все же смирилась с провалом своей неоколониальной политики. Когда закончились бои, пришлось перевести отношения в прагматическое русло и в общем, все было более или менее стабильно до тех пор, пока природными ресурсами этих африканских стран, не заинтересовались другие игроки. И тут, когда на местах возникла реальная альтернатива, со стороны того же Китая, а потом и курятника, позиции Франции оказались не такими уж и прочными, чтобы удержать ситуацию под контролем.
А эта самая ситуация, стала для Франции уже не такой однозначной, как это было раньше, поскольку по ряду природных ресурсов, в том числе по урану, Франция стала жестко зависимой от поставок сырья из бывших колоний. С учетом же того, что более 80% энергетики Франции базируется на ядерной генерации, можно только представить уровень проблем, с которыми столкнулся Париж на этих территориях. Угли старых обид еще тлели и если их правильно раздуть, то те ошибки, которые были допущены ранее, тут же дали крайне негативный результат.
Лапти на этом сыграли резко против Франции потому, что Китай не лез в те регионы, которые были традиционной сферой влияния Франции, чтобы не потерять больше. Зато все остальное он подмял достаточно быстро и цепко. Большая часть Африки села на иглу кредитов из Китая и на коррупионных вливаниях которыми Пекин держит местные элиты. И понятно, что лапти не полезут на подконтрольные Китаю территорию. Именно поэтому они начали выбивать из Африки французов.
При этом, они демонстрируют хорошо отработанную тактику гибридной войны, а именно – засылают в страну своих людей, которые находят тех, кто согласится на роль «повстанцев», накачивают их оружием и деньгами, а в нужный момент – присылают своих военных, чтобы те совершили переворт. А дальше – открыто шлют оружие и войска для помощи «братскому народу». Так это работает в том случае, когда не удается скупить правительство на корню. Но судя по всему, именно такой метод работает не очень хорошо, поскольку глядя на то, что делают китайцы, французы уже отработали свои методы противодействия.
Но когда речь идет о перевороте и о марионетке, которой управляет кремль, эти методы не сработают и нужен только военный инструмент. Французы имеют свои базы в Африке и в общем, могли бы нарастить численность войск и… А вот тут возникает проблем, о которой подробно написано выше. Очень быстро это будет воспринято как очередная волна неоколониализма и новые дрожжи упадут на старую закваску. То есть, французам категорически нельзя вступать в военное противостояние, поскольку за ними пойдет небольшая часть населения, а остальная перейдет в Режи партизанской войны и конца-карая этому не будет.
В таком случае, наиболее предпочтительной была бы третья сторона, которую местное население вообще никак не будет ассоциировать с колониализмом. Но такая сторона должна уметь вести современные боевые действия, с одной стороны, а с другой, де-факто, она будет выступать не просто против интересов россии, но и и против ее военных подразделений. А именно эта перспектива остановит практически любую силу, которая теоретически согласилась бы на роль «третьей стороны» или ключа, с помощью которого Франция могла бы отомкнуть этот замок.
И получается, что Украина просто идеально подходит на эту роль. Мало того, украинские военные, своим профессионализмом и природным отсутствием расизма, безусловно способны сплотить любые, даже не очень доверяющие друг другу группировки в том же Мали. Местные жители понимают мотивацию наших военных, которые приехали уничтожать врага, напавшего на их землю за тысячи километров отсюда, и ничего более. А такое уважают все, невзирая на вероисповедание, цвет кожи или язык. Так что эти Хаммеры и Миражи мы получаем не просто так. Наши специалисты, которых мы знаем под коллективным именем «туареги», выбивают все это вот таким, самым непосредственным образом и мы благодарны этим неизвестным туарегам и понимаем, чего стоят их усилия. Как-то так.