На вражеских военных предприятиях, все чаще происходят однотипные явления, которые в классическом и полном виле, выглядят так: вспышка, хлопок, задымление. Правда тут могут быть варианты, поскольку в светлое время суток, посторонние наблюдатели именно вспышку могут и не заметить, а хлопок пропустить сложно и чаще всего, именно на него обращают внимание, когда вспышки уже нет. Не удивительно, что визуальный ряд события, в основном характеризуется столбом дыма и в отдельных случаях – языками пламени, если там есть чему активно гореть. Если все произошло ночью, то вспышка может быть замечена на большом расстоянии, а потому, ответственным товарищам, чаще всего – местному гауляйтеру, приходится упоминать и вспышку.
Но вся эта последовательность описания имеет уже второй уровень, а на первом – причина фестиваля. И тут тоже имеются два способа подачи темы. Если местные жители видели или слышали пролет дронов и если в Сети появилось видео, то в таком случае, докладывают о том, что все сбили, но обломки упали и там загорелось. Это будет сказано даже в том случае, когда никто не видел работы ПВО. В таком случае скажут, что РЭБ на клочки разносит дроны и некоторые из них, в виде обломков, таки падают, со всеми последствиями, описанными выше. Именно такой вариант позавчера был озвучен в Череповце, после удара по местному химзаводу
Второй способ подачи – когда дронов никто не мог видеть или их не было вовсе. В таком случае будет сказано, что весь инцидент носит чисто техногенный характер и потому, беспокоиться не о чем. Такое произошло вчера в Казани, на пороховом заводе, которому скоро стукнет 250 лет. И вот как пресса описывает этот инцидент:
«На Казанском пороховом заводе вспыхнул пожар и произошло «частичное обрушение» конструкций, сообщила руководитель пресс-службы Татарстана Лилия Галимова. «Причина носит техногенный характер. Есть пострадавшие. Все службы оперативно прибыли на место для устранения последствий», — уточнила она».
И тут следует сделать небольшое уточнение по ситуации. Мне лично, пару раз приходилось работать в комиссии, после ЧП на промышленном предприятии, та потому, примерно представляю, как все работает. Главной целью работы такой комиссии является выяснение причин происшествия и соответственно – установлением лиц, по чьей вине все это произошло. Работа происходит с участием специалистов различных ведомств и органов и с обязательной фиксацией буквально всего, что связано с инцидентом. Формальная сторона мероприятия занимает довольно много времени, а потому – только в конце работы, появляются выводы о причинах аварии.
Здесь же причина была названа практически через несколько часов после самого инцидента и это значит, что к реальности это не имеет никакого отношения. Просто надо было закрыть всю тему и все это похоже на операцию информационного прикрытия. Только после более или менее тщательного расследования инцидента, можно сказать о том, почему все случилось, чьи действия привели к таким последствиям и был ли в них умысел. Это важно, поскольку именно так несчастный случай можно отличить от диверсии. Тем более, когда речь идет о пороховом заводе. Но там уже все выяснили, а пресса это описывает так:
«Местные жители рассказали, что услышали сильный грохот, после которого прошла ударная волна, а над заводом появился дым. К месту ЧП направили как минимум пять пожарных расчетов и машины скорой помощи. Галимова заявила, что «громкий звук и волну люди ощущали, потому что сработала специальная система сброса давления, предусмотренная техникой безопасности именно для таких случаев».
И тут надо отдать должное этой самой Галямовой, поскольку она открыла новый способ пояснения громких звуков. Это не взрыв, а система сброса давления. Будь она в составе комиссии, которая пояснила причины гибели крейсера москва, то все бы выглядело куда пристойнее. В самом деле, что могут подумать люди, когда им рассказывают о матросе, покурившем не там, где надо и от его окурка сгорел крейсер? А вот если сказать о том, что там система сбросила давление и сделала это сильнее обычного, то все смело можно было списать на причины техногенного характера. Звучит прилично и все вопросы снимаются одним махом.
Это – крайне важно, поскольку командование ВСУ предупреждало лаптей об опасности работы на военных предприятиях. Дословно не помню, как выглядело это заявление, но вроде бы так: «У вас на стройке несчастные случаи были? Нет? Будут!» И вот в Казани такой случай как раз и произошел.