Между прочим, этот бизнес представлен не только этой небольшой похоронной командой, а получил размах всенародной стройки или чего-то подобного. В эту игру не играли только те, кто совсем просадил мозги настойками боярышника и других лекарственных растений. Дело в том, что это уже ни для кого не было новой формой бизнеса и потому инициатива могла возникать как в тылу, соотвественно у черных вдов, так и на фронте, у ответственных товарищей, которые вполне могли поставить утилизацию на конвейер и если понадобится – осуществлять ее в промышленных масштабах.
Наверное, многим попадались рассказы о том, как на штурм посылали пациентов, не очень подходящих для этих целей по возрасту, состоянию здоровья или другим причинам. Но если только сдвинуть точку сборки и осознать, что посылающий на штурм именно этих людей вообще индифферентно относится к тому, что они там наштурмуют. У него имеется список лиц, которых надо срочно оформить грузом 200 и главное – провести эти безвозвратные потери по всем учетам, чтобы тыловая часть предприятия, получив соответствующую бумагу, могла ее обналичить и таким образом, принести прибыль обществу с очень ограниченной ответственностью.
Здесь мы не сгущаем краски, а напротив – слабо можем представить весь размах и масштаб этого замечательного явления. Ведь по сути, эта публика зарабатывает неплохие деньги просто из воздуха. Им не нужно ничего производить, оказывать услуги и вообще – делать что-то, что обычно приносит заработок. Просто нужно в правильном направлении запустить мясо и оформить его утилизацию. На этом – все.
С другой стороны, здесь проигрывается та самая мистерия, которая была хорошо известна еще в совке. Тогда государство имело своих граждан, как хотело, а те – по мере своих возможностей – имели его. Поэтому – тащили со своего места работы все, до чего могли дотянуться, и продавали тихо и с улыбкой. Причем, те, кто преуспел на этом поприще, звонче всех кричал «Ура!» на первомайских демонстрацией и еще крепче сжимал древко советского флага или портрета партийного деятеля высшего порядка. Государство улыбалось гражданину, а тот – государству, но при этом – оба запускали руки в карманы друг друга.
Здесь – тоже самое. Если государство решило устроить себе скотобойню, то почему бы не встроиться в этот поток и не поиметь государство чистым, как слеза, образом? Ведь по технике – все красиво. Никто же не подставляет фиктивного двухсотого под компенсационные выплаты, напротив! Каждый покойник – как огурчик. Плюс к тому, государство из кожи вон лезет для того, чтобы набрать новых контрактников, так дамы только для того замуж и выходят, чтобы привести своего телка на убой, вернее – на контракт.
Игра идет по тем самым правилам, которые определило само государство и потому все – пристойно. Оно хотело нового контрактника? Вот он! Оно хотело, чтобы тот на велосипеде ехал на штурм? Да ради бога, вот он уже крутит педали. Все счастливы и веселы. Так неужели за такое замечательное представление грех позолотить ручку? Тем более, что все это делается при полной и безоговорочной поддержке политики партии и правительства. Более того, многие из таких предпринимателей с ужасом смотрят на перспективы окончания войны. Царь тоже имеет подобные чувства. Так что тут все, вроде бы, по фен-шую, но нет. Завистники всегда прийдут и все испортят.
(Окончание следует)